![]() |
ИСТИНА |
Войти в систему Регистрация |
ИСТИНА ЦЭМИ РАН |
||
Д. А. Иванов (МГУ, Москва) Психология мести в «Испанской трагедии» Т. Кида и трагедии «Тит Андроник» У. Шекспира В «Испанской трагедии» Кид прибегает к приему, почерпнутому у Сенеки: вводит в свою пьесу представителей Аида, заинтересованных в том, чтобы изначальное преступление — убийство дона Андреа — не осталось безнаказанным. Приговор дону Бальтазару, сразившему Андреа на поле боя, выносит сама Прозерпина. Тем не менее, воздаяние настигает Бальтазара не сразу и не простым путем: сперва Бальтазар, подстрекаемый Лоренцо, совершает еще одно, на этот раз тайное преступление — убивает своего победителя и соперника Горацио. Преступниками движут подчеркнуто земные страсти: зависть, ревность, обида, честолюбие. Отец убитого, маршал Иеронимо, переживает горе на ином психологическом уровне. Его — человека уравновешенного, в силу возраста уже неподвластного страстям — охватывает безумие. Окружающие принимают безумие за слабость героя, однако оно трансформирует Иеронимо в идеальную машину для мщения: вместе с Бель-Империей они жестоко мстят убийцам Горацио, выполняя, таким образом, волю — или пророчество — Прозерпины. Шекспир воспроизводит схему, найденную у Кида, но существенно ее трансформирует. В его ранней трагедии пленные готы не понимают смысла ритуального убийства старшего сына царицы Таморы — торжественное жертвоприношение они принимают за личную месть со стороны Тита Андроника и решают, в свою очередь, жестоко отомстить. Шекспир усложняет набор психологических мотивировок за счет введения в пьесу мавра Арона — негодяя по своей сути, всегда готового творить зло (фигура, близкая к образу Порока из поздних моралите). Поддавшись влиянию гóтов, Рим становится ареной разрушительных страстей. Но под ударами врагов Тит, как и Иеронимо, психологически меняется. Преображенный горем и безумием, Андроник задумывает и осуществляет нечеловечески жестокую месть. У пьесы Шекспира есть важное отличие от пьесы Кида: здесь отсутствует сверхъестественный план, боги в мире «Тита Андроника» молчат. Источник психологического импульса, превратившего идеального римлянина в чудовище, от зрителей скрыт. Мы полагаем, это отличие объясняется, в том числе, разницей источников: Кид при сочинении «Испанской трагедии» опирался на Сенеку, Шекспир при работе над «Титом Андроником» ориентировался на Эврипида, автора трагедии «Гекуба». Тем самым Шекспир по-новому поставил вопрос о моральной ответственности своего героя. Ivanov D.A. (MSU, Moscow) Psychology of Revenge in Thomas Kyd’s “The Spanish Tragedy” and William Shakespeare’s “Titus Andronicus” Kyd exercises in “The Spanish Tragedy” a method borrowed from Seneca: he brings into his play ghosts from Hades whose aim is to observe that the initial crime — the murder of Don Andrea — would not remain unpunished. None other than Proserpina dooms Balthazar for killing Don Andrea on a battleground. But the retribution does not follow soon, nor does it come in a simple way. At first, Balthazar, being stirred up by Lorenzo, commits another crime, this time a secret one. He kills Horatio, his victor and rival. Those are pronouncedly earthly passions that induce the criminals: envy, jealousy, resentment, ambitions. Hieronimo, the father of the killed, suffers his grief on a different level. Being an even-tempered man, elderly enough to be stirred by mere passions, he goes mad. People mistake his madness for weakness, but it transforms Hieronimo into an ideal revenge machine. He and Bellimperia, they both avenge Horatio cruelly on his killers, thus implementing Proserpina's will or prophecy. Shakespeare follows Kyd's lead but transforms his scheme fundamentally. The Goths of his early tragedy cannot understand queen Tamora's elder son's ritual killing. They mistake a solemn sacrifice for Titus Andronicus' vengeance and determine on revenging him brutally. Shakespeare complicates a set of psychological statements by introducing into his play Aaron the Moore — a scoundrel, ready to do evil much like the Vice of old moral plays. Falling under the Goths' influence, Rome itself becomes the scene of destructive passions. But suffering his enemies' cruelty, Titus goes through psychological changes, much like Kyd's Hieronimo. Being transformed by woe and madness, Andronicus conceives and implements inhumanly harsh revenge. Shakespeare's tragedy differs from Kyd's in discarding a supernatural dimension. Gods in 'Titus Andronicus' are silent. The dramatist conceals from the audience the source of a psychological impulse that turns an ideal Roman into a monster. We propose that this is so because Kyd and Shakespeare have different origins for their plays. As the author of "The Spanish Tragedy," Kyd relied on Seneca, Shakespeare in his "Titus Andronicus" followed the example of Euripides' "Hecuba". Thus Shakespeare posed the issue on his hero's moral responsibility.