![]() |
ИСТИНА |
Войти в систему Регистрация |
ИСТИНА ЦЭМИ РАН |
||
На основе анализа накопленного клинического, психофизиологического и экспериментального материала можно прийти к выводу о неприменимости широко распространенного представления о том, что в процессе сна происходит обработка информации, полученной в предшествующем бодрствовании, необходимая для формирования долговременной памяти и других когнитивных ресурсов головного мозга. Эта гипотеза плохо согласуется с целым рядом данных как в отношении медленного, так и быстрого сна. Так, еще в классических работах Джакомо Риццолатти и Льва Мухаметова, выполненных в конце 1960-ых – начале 1970-ых годов путём внеклеточной регистрации активности одиночных нейронов на ненаркотизированных кошках, было показано, что на фоне рисунка "пачка-пауза" для нормального поступления информации в систему таламус-кора возникает барьер на таламическом уровне. При этом также затруднено распространение информации по таламусу между его различными ядрами и по различным полям коры головного мозга. Следовательно, во время медленного сна на кортикоталамическом уровне обработка информации существенно затруднена. На этом основании было высказано предположение, что во время медленного сна (в отличие от быстрого сна) невозможно координированное осуществление сложных психических функций. Обнаружена связь продолжительности суточного сна с экологией данного вида, а не с его «интеллектом». Созданы генетически модифицированные линии мышей со значительно укороченным суточным сном, не демонстрирующие ни нарушений поведения, ни сокращения продолжительности жизни. Состояние коры большого мозга в фазе медленного сна более адекватно описывается классическим термином "разлитое корковое торможение". Что касается быстрого сна, то и здесь весьма интенсивная работа головного мозга никакой адаптивной роли (по крайней мере, для взрослого организма) не играет – информация обрабатывается, образно говоря, "вхолостую". Максимальный процент активированного/быстрого сна регистрируется на поздних пренатальных/ранних постнатальных стадиях индивидуального развития, когда ни сознания, ни поведения, ни памяти в явном виде еще нет. Созданы генетически модифицированной линии мышей без быстрого сна, не демонстрирующих никаких явных нарушений поведения или физиологических процессов. Быстрый сон отсутствует у дельфинов и, возможно, также у ехидны. У ушастых тюленей потребность в быстром сне исчезает в воде и восстанавливается на суше без демонстрации феномена "отдачи". Доля быстрой фазы в суточном сне коррелирует с эволюционными и экологическими, а не "когнитивными" характеристиками млекопитающих и птиц. Весь накопленный в последние десятилетия громадный экспериментальный и клинический материал говорит в пользу так называемой экологической гипотезы. Эта концепция рассматривает сон как период "адаптивной неактивности" организма, повышающий его выживаемость в условиях враждебной среды. Функция сна, возможно, состоит в радикальной перестройке всех рефлексов бодрствования для нормального протекания таких периодов.